Кто так обзывается, тот сам так называется

(дедушкины сказки)

Иллюстрации Илоны Огинской

Жил-был один мальчик, который очень любил обзываться. Как что не по нему, сразу обзывается. И на друзей обзывается, и на подруг. Иногда на ребят постарше обзывался и на взрослых даже. Только шепотом и издалека. Получал он за это по первое число от тех, кого обзывал, но ничего не помогало. Поплачет, поплачет и опять обзываться начинает. Да слова-то какие нехорошие находил!
А самым любым у него было слово «вонючка». Он это слово всегда говорил и к месту и не к месту. Например, поздоровается с ним кто-нибудь, а он в ответ: «Вонючка». Спросят его о чем-нибудь, а он опять: «Вонючка». А малышей, которые послабее, иначе как «вонючками» и не называл.
Выйдет во двор, увидит малыша и орет: «Эй, вонючка, иди сюда!» или «Эй, вонючка, ну-ка дай мне самосвал».
В общем, что ни слово, все у него «вонючка» выходило. Все вокруг так к этому привыкли, что даже внимание не обращали. Просто не дружили с ним, и все. А он от этого только пуще прежнего злился и так сильно обзывался, что слюни изо рта летели. Некоторые даже думали, что он взбесился.
— Надо, – говорили, – к врачу его отвести. Пусть укол поставит против бешенства. Иначе он окончательно всех перекусает. Чуть было не отвели к врачу, да случай помог.
Переехала к ним в дом одна девочка жить, красивая такая девочка, умная, добрая. Сразу всем захотелось с ней познакомиться. Ну и познакомились, конечно. И играть стали. Только один мальчик, который обзывался, не познакомился. Хоть этого ему хотелось сильнее всего на свете.
Стоял он за углом, смотрел как дети играют, а подойти стеснялся. Вдруг не примут играть из-за плохого характера? Ой, как стыдно тогда будет. Ведь девочка ему очень понравилась, больше чем мороженое. Вот стоял он смотрел и от обиды слова всякие нехорошие бормотал. Тут девочка его заметила и подумала: «Вон какой мальчик стеснительный. Не может сам подойти познакомиться. Надо ему помочь». И подошла к мальчишке. — Здравствуй, – говорит, – меня Оля зовут, а тебя? И руку ему протягивает. Мальчик руку тоже подал, хотел свое имя сказать, да язык у него сам не в ту сторону повернулся, по привычке:
— Вонючка, – отвечает.
— Странное имя у тебя, – девочка говорит, – таких имен не бывает.
А у мальчика язык совсем шевелиться отказывается. Ничего в ответ сказать не может, только покраснел весь, как рак вареный. Девочка подумала, что мальчик своего непонятного имени стесняется, и говорит:  — Ну, ладно. Пусть будет «вонючка». Пошли, Вонючка, с нами играть. 
И потащила его за руку к другим детям. Мальчик еще сильнее покраснел, рот открывает, что-то сказать хочет, только от смущения и злости никак не получается. А девочка привела его к детям и говорит: 
— Знакомьтесь, это – Вонючка. Он будет с нами играть.
— Да нет, – ей ребята говорят, – его не Вонючка зовут, а Олег. Правда ведь, Олег?
А мальчика, как раз, прорвало. Начал язык у него во рту шевелиться. Он как заорет: 
— Вонючка, вонючка, вонючка, вонючка! – И заплакал, а потом домой убежал.
Дома он целый день проплакал, а вечером в почтовом ящике письмо нашел:
«Здравствуй, Олег! Ты очень хороший мальчик, и я хочу с тобой дружить. Приходи завтра во двор играть и не обижайся на меня. Если хочешь, я буду называть тебя «вонючка». Оля»
На следующий день мальчик на улице появился раньше всех. Вежливый такой. И давай, кого увидит, здороваться, да представляться. Так и говорит: «Здравствуйте, меня Олег зовут. Здравствуйте, меня Олег зовут». И Оле объяснил, что он Олег, а не «вонючка», а слова такого он терпеть не может и даже не знает.
Вот так мальчик изменился.