Плюшевое Ушко

Солнце поднималось все выше. Становилось жарко.
- В тееень, в тееень! – проблеял Феликс. – Время отдыха!
Чёрный козёл Феликс главный в стаде. Куда он – туда и остальные.
Позвякивая колокольчиком, Белянка, вместе с другими козами направилась в сторону кленовой рощицы. Изредка она останавливалась, поджидая своих козлят. Четверо её малышей послушно шли следом, не видно было только Плюшевого Ушка. Наверное, опять забрался в придорожную яму. Она негромко мекнула, подзывая непослушного сына.
Плюшевое Ушко был самым маленьким среди родившихся этой весной козлят и самым непоседливым. Ни минуты не мог устоять на месте. Всё время куда-то бежал, где-то прятался. Вот и сейчас укрылся в высокой придорожной траве. Потому что ему совсем не хотелось идти отдыхать. От чего отдыхать, если он не устал? И почему он должен спать днем, когда для этого есть ночь? И вообще, почему должен всё время делать то, что делают другие, если ему этого делать совсем не хочется? Например, слушаться Феликса.
- Ну, почему, мама?
- Потому что Феликс старый и мудрый и знает, что, как и когда следует делать, - объяснила мама. - А ты пока ещё ничего не знаешь. И ничего не умеешь. - Я умею, - гордо возразил козлёнок. – Я лучше всех умею бегать, прыгать и скакать!
- Ты бы лучше научился травы различать, - вздохнула коза. - Все твои братья и сестры уже хорошо это делают. А ты не научился, потому что всё время скачешь и не слышишь того, что тебе говорят.
Плюшевое Ушко опустил голову. Что правда, то правда, с травами у него не все гладко. Вчера он сжевал кустик, который, как оказалось, есть было нельзя, и у него целый день болел живот. Но как было не попробовать, когда этот кустик выглядел так аппетитно и так замечательно пах? Он прямо просился в рот! Плохо, конечно, что он его сжевал. Но если бы он его не попробовал, то как бы узнал, можно его есть или нет?
- Ешь то, что едят большие козы, - сказала мама, - учись у них.
Но это же скучно - всё время смотреть на других. Если всё время смотреть на взрослых, то ничего больше и не увидишь. Ни цветов, ни бабочек, ни зайца, который со всех ног мчится к лесу. Интересно, куда он так спешит? А что если побежать следом и посмотреть?
- Бееегом назад! – рассердилась мама.

Другие учатся всему, глядя на мам, а Плюшевое Ушко всегда на собственном опыте.
Вот и теперь, когда остальные козлята чинно следовали за взрослыми вдоль каменного забора к кленовой рощице, Плюшевое Ушко, хотя и двигался в том же направлении, делал это не так, как все. Он, то забегал вперед мамы, то возвращался, то с разбегу бодал своего братца, то замирал, глядя, как над цветком с жужжанием кружит пчела. А это что такое? Кажется, здесь не было этой кучи старых кирпичей! Или он её не замечал? В любом случае, это нагромождение козленку очень понравилось. Он ловко взобрался на самый верх кирпичной груды и огляделся. Теперь забор не возвышался сбоку, а бежал рядом, и похож был сверху на узкую, длинную тропу. Плюшевое Ушко без колебаний перепрыгнул на эту тропу, ловко пробежался по ней и посмотрел на стадо сверху вниз.
Сверху даже большие козы не казались такими уж большими. Сверху было видно то, что находилось по другую сторону забора, и чего он никогда ещё не видел. По другую сторону росли кусты и высокие деревья. За ними просматривалась зелёная лужайка, посреди лужайки блестела вода. Как на озере, куда недавно водил их Феликс. Но только это не озеро, потому что воды немного и вокруг нет камышей. ещё по другую сторону прямо у забора росли цветы, но не такие, как в поле или на косогоре, а большие и очень яркие. Засмотревшись на них, козлёнок неожиданно споткнулся и, не удержавшись, кубарем скатился со стены вниз, прямо в один из этих кустов с яркими цветами и тут же жалобно заблеял. Не потому, что сильно ударился, а потому, что куст оказался колючим.

Выбравшись из него, козлёнок беспомощно огляделся. С этой стороны забора не было никаких кирпичей, никакой горки. Как снова оказаться наверху? Он несколько раз подпрыгнул. Нет, как ни прыгай, не перепрыгнуть ему высокой стены, за которой шло на отдых козлиное стадо. Вот так штука! Потерялся! Мама совсем близко, а добраться до неё невозможно. А что, если она не станет больше оглядываться, и стадо уйдет без него? Плюшевое Ушко не на шутку перепугался. Он ещё поблеял и прислушался. Никто не отозвался. Стена очень толстая. Но не настолько же она толстая, чтобы совсем было ничего не слышно, храбрясь, подумал козлёнок. Если кричать изо всех сил, его обязательно кто-нибудь услышат! Если не мама, то ленивый старший братец, который всегда плетется позади всех. Козлёнок снова заблеял, на этот раз так громко, как только мог. Надо дать маме знать, что он здесь, она обязательно что-нибудь придумает, чтобы вызволить Плюшевое Ушко.

- Ты зачем так громко кричишь? – внезапно спросил кто-то прямо около козлёнкиного уха.
Плюшевое Ушко отскочил от стены и огляделся. Никого. Перед ним колючий куст с яркими цветами, позади него другой куст, сбоку стена, с другой стороны – деревья. Но деревья и кусты не умеют разговаривать, это он точно знал.
- Ты всегда так скачешь? – поинтересовался голос.
- К-кто здесь? – заикаясь, спросил козлёнок.
- Я, - ответил голос.
Плюшевое Ушко ещё раз огляделся. И снова никого не увидел.
- Где ты?
- Да прямо перед тобой, - возмутился голос. – Ты всегда такой невнимательный? Или, может быть, ты плохо видишь?
- Я отлично всё вижу, - сердито ответил козлёнок. – И куст с колючками вижу, и дерево и стену…
- А я на стене.
Зелёное пятно на стене зашевелилось, а приглядевшись внимательнее, козлёнок различил длинный хвост, который вначале принял за трещину, а потом увидел и голову с двумя глазками-бусинками.
- Ты кто? – спросил Плюшевое Ушко. Таких зверей ему ещё не приходилось видеть.
- Зелёная Спинка. Ящерица, - объяснил зверёк.
- Ты здесь живешь?
- Да, - кивнула ящерица. - Именно здесь, в камнях в углу этого сада.
Козлёнок обрадовался. Если эта Изумрудная Спинка здесь живет, значит, ей известны все ходы и выходы в этом самом саду.
– Мне нужно на другую сторону, за эту стену, - торопливо объяснил он. – Поможешь мне отсюда выбраться? Ведь это для тебя нетрудно?
- Как сказать, как сказать… - туманно ответила ящерица. – Мне, положим, действительно, нетрудно перебраться на другую сторону, но ведь ты, кажется, не умеешь лазить по стенам?
- Ещё как умею! – обиделся Плюшевое Ушко. – Я только что бегал по этой стене туда-сюда и прыгал… пока не свалился.
- Вот именно, пока не свалился, - согласилась ящерица. – Потому что ты умеешь бегать и скакать только по верху стены. Ты бы никогда не свалился, если бы умел по-настоящему передвигаться по стене.
- Как это, по-настоящему? – не понял козлёнок.
- Вот так, - ящерица снялась с места и ловко вскарабкалась к верхнему краю стены.
- Так я и в самом деле не могу, - вынужден был согласиться козлёнок.
- Вот и я так думаю, - сказала ящерица, спускаясь обратно. – Так никто не умеет из больших. Во всяком случае, мне не приходилось видеть, чтобы крупные животные умели бегать по стенам так, как это делаем мы, ящерицы, - закончила она с гордостью.
- Но должен же быть какой-нибудь выход! – в отчаянии воскликнул Плюшевое Ушко.
- Выход есть, - кивнула ящерица. – И даже не один. Только все пути ко всем выходам из сада проходят мимо Злого Пса. А уж он-то никогда не упустит возможности искусать всякого, кто попадётся ему на глаза.
- Неужели такой злой? – испугался козлёнок.
- Очень. Такой злой, что хозяин повесил на ворота табличку «Осторожно, во дворе злая собака!»
- Что же мне теперь делать? – в отчаянии спросил Плюшевое Ушко.
- Надо спросить совета.
- У кого?
- Разумеется, у Старой Жабы, которая живет на берегу пруда. Иди к пруду.
- А Злой Пёс?
- Он на цепи, у ворот. К пруду он не подходит. Иди туда, где вода. Я тоже сейчас там буду.
Ящерица спрыгнула со стены и исчезла в траве.

Старая Жаба, вытаращив глаза, некоторое время рассматривала козлёнка.
- Да, задача не из лёгких. Конечно, хозяйка дома выпустила бы тебя за ворота, хотя и не обрадовалась бы, увидев в своём саду, но я слышала, как куры кричали, что не хотят заходить в курятник посреди бела дня.
- И что это значит? – спросил озадаченно козлёнок.
- Это значит, что хозяйка с хозяином уехали в город к дочери и вернутся домой, скорее всего, только завтра утром. Потому и заперли кур, не дожидаясь темноты.
- Да, это плохая новость, - сказала Изумрудная Спинка. – Но ты постарайся что-нибудь придумать. Видишь ли, этот козлёнок, хотя с виду и очень-очень большой, прямо гора, на самом деле очень маленький по козлиным меркам. И ему нельзя без мамы. Наверное, вечером, прежде чем уснуть, он пьет мамино молоко. Сама подумай, как он уснёт здесь без мамы и маминого молока?
Глаза у Плюшевого Ушка наполнились слезами. В самом деле, как? Он ещё никогда не оставался ночью один. А остаться на ночь в чужом саду, зная, что где-то рядом бродит Злой Пёс, - это очень, очень страшно.
- Я думаю, думаю, - сердито ответила жаба и уставилась в небо.
- И о чем, интерресно? – высунулась из куста птичья голова.
- Тебя это не касается, - проквакала жаба. – Лети по своим делам.
Сорока залилась смехом.
- Подумаешь, великая тайна! Козлёнок потерялся!
Она взлетела на дерево и громко закричала:
- Слушайте все! Слушайте все! Последний выпуск сорочьих новостей! Козлёнок потеррялся! Козлёнок потеррялся!
Из пруда показалось с десяток лягушек. Любопытные мышки высунули из травы головы. Ветки ближнего дерева заняли птицы. Все смотрели на козленка, который потерялся.
- Вместо того, чтобы пялиться, думайте, как отправить это глупое животное обратно, - проквакала Старая Жаба.
Птицы оживленно защебетали, они совещались.
- Последние новости! Последние новости! – снова затрещала сорока. – Жители сада собррались на совет! Они ррешают, что делать с потеррявшимся козлёнком!

Злой Пёс поднял голову. Что это за шум-гам? Птицы кричат, лягушки квакают – что-то там не так! Решительным шагом он направился к пруду, чтобы навести порядок. Надо сказать, что когда хозяева уезжали к дочери в город, они отпускали Злого Пса, чтобы тот мог свободно бегать по саду, двору и огороду, и следить за порядком, пока их нет.
Все не на шутку перепугались, когда страшный Злой Пёс появился около пруда и грозно рыкнув, поинтересовался, что же здесь происходит?
Сорока взлетела на самую верхушку старой яблони. Скворцы и синицы перебрались на ветки повыше. А трусливые воробьи тут же снялись с места и, громко чирикая, исчезли в соседнем саду. Лягушки дружно нырнули под воду. Они отлично знали, что собака в воду не полезет, но на всякий случай отплыли подальше. Мышки спрятались в траве. И только Старая Жаба не тронулась с места. Она знавала Злого Пса ещё щенком и совсем его не боялась. Жаба и объяснила Псу, что в сад попал чужой козлёнок, которого нужно немедленно отправить обратно. Но Злой Пёс и сам уже увидел дрожащего от страха незнакомца, который прятался за кустом жимолости.
- Иди сюда, - сказал Злой Пёс.
- Я бббоюсь, - пролепетал, чуть не плача Плюшевое Ушко.
- Я не ем глупых козлят, - сказал Пёс, сам обходя куст. – А в том, что ты глуп, нет никакого сомнения. Если бы ты был умным, то шёл бы рядом со своей мамой в стаде, а не шастал по чужому саду.
- Я… это получилось случайно, - тихо сказал козлёнок, опуская голову. – Честное слово, я не хотел.
- Ладно уж, - сказал Пёс. – Что толку теперь извиняться. Жаба права, надо подумать, как отправить тебя назад за забор.
Он оглядел птиц, снова вынырнувших лягушек и других обитателей сада.
– Есть какие-нибудь идеи на этот счёт?
- Вообще-то есть одна мысль, - отважно выступил вперед один из скворцов. – Если мы, птицы, все вместе ухватим этого козленка клювами за шкуру, потом на счет «три! дружно взлетим, мы сможем поднять его в воздух и перенести через каменную стену.
- Не думаю, что у вас это получится, - покачал головой Пёс. - Вам не поднять козленка. Он хотя и маленький, а тяжёлый. Но работа для вас есть. Летите в козлиное стадо и сообщите, что с ним всё в порядке.
- Мы могли бы сделать подкоп под забором, - пропищала одна из садовых мышей, высунув голову из листьев подорожника.
- Да, да, мы могли бы, - тут же подхватили другие мыши, осторожно выглядывая из травы.
Пёс повернул голову к мышиной делегации.
- Ваш план тоже не годится. Во-первых, я охраняю этот двор и сад и не могу позволить производить подкоп под забором. Во-вторых, даже если бы я это позволил, до вечера вы всё равно не выроете такой ямы, какая требуется, чтобы пролез козлёнок.
Он немного подумал, потом оглядел собравшихся.
- А теперь слушайте мой план. Около курятника к стене прислонена длинная доска. Нужно её столкнуть, да так, чтобы середина доски оказалась на чурбане, на котором хозяин колет дрова. Кто может это сделать?
- Мы-мы-мы, - зашумели скворцы и, снявшись с места, дружной стаей полетели к курятнику.
Следом побежали мыши.
- Может быть, понадобится и моя помощь? – спросила сама себя Зелёная Спинка и юркнула в траву. Даже Старая Жаба поскакала туда же, узнать, что же придумал пёс? Как он собирается отправить козленка назад, и зачем ему понадобилась доска? Что уж говорить о любопытной сороке! Она была одной из первых, кто оказался у курятника. Впрочем, она совсем не собиралась помогать, а уселась на крышу, чтобы всё видеть и ничего не пропустить.

Прежде, чем отправиться обратно за каменный забор, Плюшевое Ушко обернулся к собаке.
- Можно я задам тебе один вопрос? – робко спросил он.
- Валяй, - кивнул пёс.
- Почему у тебя такое страшное имя? И зачем ты так страшно лаешь? Ведь на самом деле ты добрый.
- Работа такая, - развёл лапами Злой Пёс, но, тут же, спохватился и добавил сердитым голосом. – Хватит болтать и время терять. У меня поважнее работа есть, чем тобой заниматься. Ты понял, что нужно делать?
Вместо ответа Плюшевое Ушко резво вскочил на свой край доски. Злой Пёс вскарабкался на перевёрнутую бочку и с размаху прыгнул на её другой конец. Не успел козлёнок и глазом моргнуть, как оказался за забором, где его уже поджидала вся большая козлиная семья. А следом, громко крича, летела сорока:
- Последний выпуск сорочьих новостей! – вопила она. - Злой Пёс отправляет детеныша козы в родное стадо! Перелёт прошёл нормально! В точке приземления пропавшего козленка по имени Плюшевое Ушко встречают друзья и родственники! Как они его встречают? Как? Как? Сейчас мы это узнаем!
Вы, наверное, думаете, что Плюшевому Ушку досталось от Феликса и мамы за то, что он всех переполошил и испортил стаду дневной отдых? А вот и нет. Феликс был слишком мудр, чтобы шуметь по таким пустякам, а мама была так счастлива, что он жив - здоров, что только облизывала его.
Хотя его старший ленивый братец считает, что, его, конечно же, следовало бы хорошенько наказать.