Платье из Парижа

Из сборника "Про девочку Машу"

Бабушка, которая мамина мама, привезла Маше из Парижа платье с золотыми цветами по светло-жёлтому полю и бантиками по бокам. Платье очень понравилось Маше, и выглядела она в нём настоящей принцессой.
Полдня Маша не снимала свой наряд, вертелась перед зеркалом, и все вокруг восхищались, какая она красавица.
На следующее утро Маша надела это самое парижское платье, белые колготки и белые туфельки и вышла из дома.

Первым ей встретился  кот Дымок и совсем уж собрался, как он это обычно делает, потереться о ноги, признаться в любви, но Маша во время заметила  его желание и замахала руками:
– Брысь, Дымок, ты мне колготки испачкаешь!
Дымок обиделся, вильнул хвостом и пошёл своим путём. А Маша отправилась дальше. Хотела сесть на качели, но под качелями трава, на траве роса – туфельки намокнут. А на качели сядешь – платье помнётся, и может  запачкаться.

Прошла Маша мимо качелей, вышла за калитку. Лапка-хромоножка, собачка из соседнего дома, увидела Машу и к ней. Маша всегда её гладит, животик чешет и чем-нибудь вкусным угощает. Но Маша от Лапки бегом к калитке вернулась, за неё заскочить успела и защёлку задвинула. Собачка на улице осталась. На задние лапы встала, рот от радости до ушей, розовый язычок болтается, до Маши дотянуться, лизнуть хочет. Маша собачке объясняет:
– У тебя, Лапка, лапы грязные, а язык мокрый, ты меня сегодня не трогай, а то моё новое платье из Парижа испачкаешь!
Постояли они у калитки: Маша с одной стороны,  Лапка - с другой, очень огорчилась собачка, хвостик поджала и заковыляла к себе во двор.

Вышла Маша на улицу, и видит: через два дома там, где стройка, свежий песок привезли, и её подружка Виктоша с мальчиком Никитой песочными лопатками и руками ходы роют. Самих уже почти не видно, так в песок зарылись, но Маша сразу их узнала: Никита в стареньких джинсах, и велосипед рядом, а Виктоша в выгоревших розовых шортах и жёлтой футболке.
Подошла Маша к приятелям и стала своё новое платье показывать. Виктоша посмотрела на Машин наряд, и говорит:
– И у меня дома новое платье в шкафу висит, тоже с цветочками, только розовое. Я его надену, когда в гости на день рождения к Никите пойду.
И Никита на Машу в платье из Парижа посмотрел, но почему-то стал рассказывать о том, что у них в садике в группе есть воспитательница Валентина Петровна, очень красивая, и что она влюбилась в физрука Алексея Николаевича.
– Мы его называем не физрук, а «безрук», – засмеялся Никита, и девочки тоже засмеялись, хотя не знали, кто такой физрук, но уж очень смешно получилось: физрук – «безрук»!
А потом Никита локтем Виктошу толкнул:
– Ну, давай дальше копать!

Очень Маше хотелось тоже в песке поиграть, но она о новом платье помнила, стояла в стороне и, как один дяденька строитель в оранжевой каске, командовала Никите и Виктоше, что надо делать.
– Куда ты лезешь вверх, Никита, разве туда надо копать?!
А Никита пыхтит и роет ход, где раньше рыл. Песок сырой, у него рядом целая башня из вынутого песка получается. Крепкая, высокая – классная башня…
– Вика, зачем вниз зарываешься, ты так с Никитой никогда не встретишься!
И у Вики тоже башня из нарытого песка, только поменьше, чем у Никиты. Если бы не платье из Парижа, Маша башню похлопала бы лопаткой, укрепила и стёклышки вставила на самом верху – были бы окошки для принцессы, которую в башне заперли…
– Вправо, вправо поворачивай, Никита! Так твой тоннель мимо хода Вики пройдёт!
– Умная какая, – обиделся Никита, – иди и сама рой вправо! А я на велике прокачусь.

Бросил Никита свою лопатку, вскочил на велосипед и поехал. А Маша обрадовалась, про платье совсем забыла, лопатку подхватила и принялась ход рыть в нужном направлении. Она не то чтобы очень уж «умная» была, просто со стороны всегда лучше видно.
Скоро ходы Вики и Маши соединились. Девочки сделали секретики, каждая в своём тоннеле. Вика принесла из дома маленькую пластмассовую куколку - принцессу, и её посадили в башню, в темницу. Потом Никита вернулся, злого колдуна стал изображать, а когда волшебницы Маша и Виктоша принцессу освободили, то башню сломали, чтобы в темнице больше никого нельзя было держать, и даже сам колдун Никита ломать помогал. Хорошо поиграли, здоровски!

Только вдруг голос бабушки раздался:
– Маша, иди домой, обедать пора!
Тут Маша про свой праздничный наряд вспомнила. Встала с колен, отряхнулась, и слёзы ручьём сами собой потекли: золотых цветов на подоле не видно, платье впереди стало грязно-жёлтого цвета, бантики развязались, цветочки, которые пришиты были, – оторвались и неизвестно где в песке потерялись.
Колготки, которые белыми были, стали коричневыми и пузырились на коленях, а туфельки стали серыми и наполнились песком так, что шага не сделаешь. Ну, песок-то Маша вытряхнула, домой побрела, а слёзы большими горошинами всё катятся и катятся из глаз.
Бабушка увидела Машу, руками всплеснула:
– Где же это ты так перепачкаться сумела?
Дедушка Маше слёзы платочком промокнул.
– Не плачь, – говорит, – подумаешь, перепачкалась!

Бабушка помогла Маше раздеться, умыла, в джинсы с футболкой переодела и за стол обедать посадила.
– А как же платье? – спрашивает Маша.
– Платье постираем, цветочки новые приделаем, носить будешь, - сказала бабушка.
И дедушка успокоил:
– Дело житейское… Мы вот с бабушкой на днях сарафан видели с полосочками и бантиком впереди, ну очень симпатичный! Правда, сшили его не в Париже, а в городе Иваново. Зато играть в нём можно и ходить, где хочешь.