Мелки

Между тремя четырёхэтажками, отремонтированными после войны с фашистами, был большой двор, а на нём построена детская площадка. Играть сюда приходили дети даже с других дворов. И всем хватало места.
Прошло время.
Дети повырастали. Большинство из них разъехалось по всем уголкам тогда ещё Советского Союза. Осталась с родителями только меньшая часть, которой незачем было куда-то ехать, а вскоре и нельзя, так как Советского Союза не стало. Так вот, когда и у них тоже появились дети, то их оказалось настолько мало, что для игр им хватало совсем маленькой части детской площадки. И тогда на ней поставили несколько железных гаражей.
Шло время.
Гаражей становилось всё больше, и скоро двор превратился в гаражную стоянку. Но требовать оставить хотя бы маленькую часть двора для детей к тому времени было уже не для кого. Из трёх четырёхэтажек жилой осталась одна. И в ней был только один мальчик Вадик с бабушкой и папой. (Мамы у них не было. Она погибла в ДТП, как сказали милиционеры). Зимой Вадик ходил в школу, где работал папа, а после уроков шёл играть и кататься на санках к недавно построенному новому дому. А вот летом Вадику никуда не надо было ходить. К своим бабушкам и дедушкам в его дом приезжали в гости трое ребят: Дмитрий, Эльмира и Стасик.
Играть им, ясно, было негде, и потому они или сидели на скамейке у подъезда, или перебрасывались мячом на тротуаре, или ходили друг к другу по очереди в гости. А иногда тайком, чтобы не видели бабушки, отправлялись в нежилые четырёхэтажки «за приключениями».
Но вот однажды Вадик вышел к друзьям с круглой жестяной коробкой из-под, как сказала бабушка, «монпансье». В ней оказалось несколько разноцветных и белых мелков.
– Это зачем?
– Рисовать!
– Где? На асфальте?
– Нет. На гаражах.
– А нас не заругают?
– Мы не будем рисовать на воротах.
– А где?
– На стенках.
Каждый получил один белый и один цветной мелок и свой гараж. Вначале белым мелком каждый создал свой рисунок. А потом начинался обмен цветными мелками, чтобы закрасить нарисованное нужным цветом. Солнце ведь синим быть не могло, так же как море жёлтым, а горы зелёными. Даже зов бабушек идти обедать и последовавший затем перерыв не остудил азарта, а, наоборот, сплотил ребят в настоящую художественную артель. Только вечером они сошлись у лавочки возле подъезда. Вадик открыл жестяную коробочку, и все сложили туда оставшиеся малюсенькие кусочки мела.
– Как жаль! Завтра совсем нечем будет рисовать! – вздохнула Эльмира, у которой мелом были выпачканы не только нос и щеки, но даже уши.
Но назавтра в коробочке снова оказалось такое же количество мелков, не кусочков, а целых!
– У тебя что, дома склад мелков? – насмешливо спросил Стасик.
– Да нет! – Вадик и сам был в недоумении. – Вчера вечером бабушка велела положить коробочку в холодильник, сказала, что эта коробочка волшебная, и что за ночь, в холоде, в ней мелки могут вырасти заново, как кристаллы. Вот!
Все промолчали, хотя никто, конечно, не поверил.
День снова прошёл в творческих трудах. А назавтра мелки снова оказались целыми.
Так продолжалось ещё два дня. Но потом Стасик взбунтовался и потребовал вечером очной ставки с бабушкой. Та выслушала сбивчивый допрос детей, сняла очки и торжественно заверила, что всё так и происходит. Потом она открыла холодильник, подставила маленькую стремянку и положила коробочку на самую верхнюю полочку. Стремянку спрятала в платяной шкаф, заперла его, а ключ отдала Стасику, как самому не верящему в чудеса.
Дети уходили притихшие и озадаченные, не обратив внимания, что на этот раз дверь в гостиную с телевизором, где они обычно сидели, была почему-то закрыта, а Вадик обменивался с бабушкой таинственными взглядами.
Наутро Стасик сам открыл шкаф, вытащил стремянку и достал с верхней полки холодильника коробочку. Мелки снова за ночь выросли!
Только на улице рассудительный Дмитрий повертел в руках мелок и сказал:
- Это всё-таки очень здорово, когда мелки три, три, сколько хочешь, а они никак не стираются.
Работа маленькой художественной артели продолжалась еще неделю. Владельцы гаражей разрешили им даже рисовать на воротах. Но вот однажды в коробочке оказались только белые мелки.
– Нет цветных больше, папа сказал, – удрученно сообщил Вадик и осекся.
– А-а! Ведь твой папа в школе работает! – вспомнила Эльмира.
– И это он мелки в коробочку и клал! – догадался Стасик.
– А ты всё знал. И коробочка вовсе не волшебная, – рассудил Дмитрий.
Вадик покраснел и опустил голову.
Но никто из друзей не захотел с ним ссорится. Эльмира примирительно погладила его по руке. Дмитрий молча взял из рук Вадика коробочку м раздал всем по два белых мелка. А Стасик вдруг засмеялся и сказал:
– А здорово у нас получилось! Смотрите, какие гаражи красивые!
И правда, некогда серые, скучные коробки без окон и с большими воротами теперь было трудно узнать. Остался нераскрашенным только один гараж.
А в это время на детей из окна смотрели их бабушки и дедушки, которые собрались вместе в квартире Вадика посмотреть, что будет, когда юные художники обнаружат белые мелки и обо всем догадаются. Но ничего особенного не произошло. Троица юных художников вооружилась этими мелками и дружно отправилась обрисовывать последний гараж.
– Хорошо, когда их трое в семье, – почему-то скорбно сказала бабушка Вадика.
– Кого их? – уточнил Эльмирин дедушка.
– Ребёнка, – ответил за свою тёщу папа Вадика и вздохнул.
– Почему детей нужно иметь троих? –удивился дедушка Дмитрия
– Это сейчас неактуально! – попыталась заспорить бабушка Стасика.
Но бабушка Вадика только махнула рукой и ушла на кухню ставить чайник.
Все у окна задумались и стали смотреть, в ожидании чая, как артель юных художников старательно разрисовывала последний гараж белыми цветами и пушистыми снежинками.

1980 – 1997 г.г.