Клетчатая Ла-Манча
Варвара Булычева
Солнечный луч пересекал подоконник и ложился на стол, в нём беззаботно кружились и скакали пылинки. Захар, затаив дыхание, задумчиво наблюдал за ними, пытаясь следить за одной, но постоянно сбивался, и уже не знал, та ли это пылинка или совсем другая.
– Захар! Захар, я не понимаю, ты меня что, не слушаешь? – Варвара отложила на стол тетрадь с его домашним заданием.– О чём ты постоянно думаешь?
Захар вздрогнул и посмотрел на старшую сестру. Варвара окинула взглядом тоненькую фигурку брата, посмотрела на неопрятные патлы и покачала головой.
– Не знаю.
– Зато я знаю! О всякой чепухе. Опять собираешься рисовать какое-нибудь чудище? Да у меня уже весь стол ими завален! Лучше бы об уроках думал, лентяй! Вот что это? Нет, что это такое?
– Пример.
– Вижу! Ну-ка, быстро отвечай, сколько будет минус семь плюс один?
– Минус шесть.
Захар тихо, чтоб не вспугнуть пылинку, вздохнул.
– Вот видишь, всё знаешь! – развела руками Варвара. – А почему пишешь «шесть»? Почему?
– Понимаешь… – Захар неуверенно моргнул и нахмурился.– Единица.
– Что, единица?
– Мне её жалко.
– Жалко? – растерянно улыбнулась сестра.
– Ну, да – Захар серьёзно посмотрел на неё. – Видишь, что получается. Семь большое, очень злое и хищное, а тут ещё и с минусом. Оно единицу съест.
– Ну и что?
– А единица так хочет, что бы все были хорошими! Смотри, какая она смелая, она ведь маленькая, грустная, но не спряталась. И всей защиты у неё – один только плюс. Я подумал, что если она такая хорошая, то пусть она победит, и ответ получится без минуса, – он подумал и уточнил – Можно?
Варвара задумчиво постучала пальцами по столу.
– Нет, – решила она. – Наверное, нельзя. А давай мы в тетради её победим, а на листочке потом запишем и подумаем, что тут можно сделать?
– Давай, – улыбнулся мальчик, развернулся и пошёл в свою комнату.
Захар вышел, а Варвара, серьёзно сведя брови, ещё раз посмотрела на пример.
Теперь и ей единица показалась этаким маленьким Дон Кихотом. И у девушки даже сердце сжалось, при мысли о том, какой он слабый и одинокий в этой великой клетчатой Ла-Манчи.
Рисунок Марии Гриченко
– Захар! Захар, я не понимаю, ты меня что, не слушаешь? – Варвара отложила на стол тетрадь с его домашним заданием.– О чём ты постоянно думаешь?
Захар вздрогнул и посмотрел на старшую сестру. Варвара окинула взглядом тоненькую фигурку брата, посмотрела на неопрятные патлы и покачала головой.
– Не знаю.
– Зато я знаю! О всякой чепухе. Опять собираешься рисовать какое-нибудь чудище? Да у меня уже весь стол ими завален! Лучше бы об уроках думал, лентяй! Вот что это? Нет, что это такое?
– Пример.
– Вижу! Ну-ка, быстро отвечай, сколько будет минус семь плюс один?
– Минус шесть.
Захар тихо, чтоб не вспугнуть пылинку, вздохнул.
– Вот видишь, всё знаешь! – развела руками Варвара. – А почему пишешь «шесть»? Почему?
– Понимаешь… – Захар неуверенно моргнул и нахмурился.– Единица.
– Что, единица?
– Мне её жалко.
– Жалко? – растерянно улыбнулась сестра.
– Ну, да – Захар серьёзно посмотрел на неё. – Видишь, что получается. Семь большое, очень злое и хищное, а тут ещё и с минусом. Оно единицу съест.
– Ну и что?
– А единица так хочет, что бы все были хорошими! Смотри, какая она смелая, она ведь маленькая, грустная, но не спряталась. И всей защиты у неё – один только плюс. Я подумал, что если она такая хорошая, то пусть она победит, и ответ получится без минуса, – он подумал и уточнил – Можно?
Варвара задумчиво постучала пальцами по столу.
– Нет, – решила она. – Наверное, нельзя. А давай мы в тетради её победим, а на листочке потом запишем и подумаем, что тут можно сделать?
– Давай, – улыбнулся мальчик, развернулся и пошёл в свою комнату.
Захар вышел, а Варвара, серьёзно сведя брови, ещё раз посмотрела на пример.
Теперь и ей единица показалась этаким маленьким Дон Кихотом. И у девушки даже сердце сжалось, при мысли о том, какой он слабый и одинокий в этой великой клетчатой Ла-Манчи.
Рисунок Марии Гриченко
Отзывы
Ваш отзыв может быть первым.
