Байк-сказка
Татьяна Шипошина
(сказка Васи-Ангела)
– Да чего тебе, неуёмная твоя душа?
– Вася, расскажи сказку!
– Что-о-о?
– Сказку расскажи! – снова попросил Андрейка.
– Ну, ты даёшь! – Вася почесал затылок. – Я сказок-то не знаю. Про курочку Рябу тебе рассказать, что ли? Или про Колобок?
– Ну… – разочаровано протянул Андрейка. – Ты мне какую-нибудь волшебную…
Вася снова улёгся, натянул на себя одеяло, усмехнулся и шумно повернулся к Андрейке:
– Сказку, говоришь? Тогда слушай!
Жили были дед да баба. Жили они вдвоём, на одиноком хуторе. Вот однажды дед и говорит:
– Слышь, баба, что-то я, в натуре, закисать стал. Не пора ли мне старые кости размять, да не пора ли прокатиться куда-нибудь, хоть в деревню. Живём мы с тобой, как нелюди, на выселках! А не сварганить ли нам с тобой хорошенький байк? И тебя, старую, с ветерком покатаю! Будешь у меня вторым нумером!
А старуха и отвечает:
– Ты что, старый, белены объелся? Каким-таким это я буду «нумером»? У нас есть нечего, а ты о дурацком байке задумался! На него же кучу денег надыть!
Старик репу-то чешет:
– А ты по сусекам поскреби, по амбару помети! Заначки достань, из чулка денежки-то повытряхивай! Да из банки с мукой вытащи! Ужо сколько лет от меня их ховаешь! Смотри, жучок денежки-то пожрёт! А так – мы их на хорошее дело употребим.
Сопротивлялась старуха, отнекивалась. Не хотела признаваться, где денежки прячет. Но, наконец, уговорил её старик.
Собрали они все денежки, что у них дома имелись, и пошли в мастерскую – байк себе заказывать.
Вот дед мастеру и говорит:
– Ты, – говорит, – войти должон в наше положение. Денег у нас немного, а байк мы хотим хороший, быстрый. И – чтоб блестел, как Харлей Девидсон! Ты уж, милок, постарайся!
– Ладно, – отвечает мастер. – Для хорошего человека – чего ж не постараться! Приходи через пару недель – будет тебе байк, не хуже Харлея!
На том и порешили.
Через две недели пришли баба с дедом в мастерскую, и тут мастер выкатил им… чудо, а не байк!
Весь сияющий, разрисованный! Сидения кожаные, все в макаронах*!
– Принимай, старый, работу!
– Ну, прям Харлей! – обрадовался дед. – Ай да мотик!
– Да, – говорит мастер. – Я, конечно, старался, но, думаю, против настоящего Харлея он не потянет – мощность не та. Деньжат маловато было. А так ничего – сам видишь!
Уж как дед мастера благодарил! Волшебником называл!
Ну, покатили баба с дедом свой мотоцикл домой. Даже сесть на него боятся, чтоб такую красоту не запачкать.
Прикатили домой, поставили прямо в хате – всё любуются.
А ночью… Заснули дед с бабой, а мотику нашему надоело в хате стоять, вот и выкатился он себе на дорожку.
Вот катит он по дороге, катит. Ветер в лицо ему дует, солнышко встаёт, на жестянках блестит…
Глядь, а навстречу ему совкоцикл**. Просто какой-то, несерьёзный дырчик** по дороге тарахтит. И говорит этот нахальный дырчик нашему мотику:
– Эй, ты, кружок «Умелые руки!» Давай, говорит, прокатимся по дорожке до вон того деревца. Увидишь, как я тебя сделаю!
– А то! – говорит наш дырчику. – Давай, прокатимся, коли не шутишь. Ещё посмотрим, кто кого! Я-то – почти Харлей, а ты кто?
Развернулись они, и покатили.
Взревел наш байк и в шесть секунд дырчика обогнал. Только газ выхлопной – прямо дырчику в нос пустил.
Порадовался наш, что так легко дырчика победил. Ну, и катит себе дальше. Глядь, а навстречу ему – Ведро с болтами. Старое уже, поношенное.
Тут Андрейка не выдержал. Спросил:
– А что это за «ведро»?
– А… извини. Это мотоцикл такой, называется «Кавасаки».
– Почему же он – ведро с болтами?
– Потому, что он – ведро с болтами. Не перебивай.
Короче, этот Кавасаки к нашему пристаёт:
– Давай, – говорит, – прокатимся. Вон, до того камешка. Увидишь, самоделка, как я тебя сделаю!
– Давай, – отвечает наш. – Я от бабки с дедом – сам укатился. А до тебя – дырчика победил. Ещё посмотрим, кто кого! Я – почти Харлей, а ты кто?
Короче, моторы взревели. Не сразу, но сделал наш этого японца.
Выхлопными газами ему в нос пульнул, и покатил дальше. Радуется, что так легко японца победил. Ну, и катит себе дальше. Глядь, а навстречу ему – ещё больший японец, настоящий ВТЫК. Это тоже байк такой, большой, «Хонда VTX». Правда, тоже не новый. Битый, жизнью покоцаный, но о себе – мнения высокого. Рычит ВТЫК, как медведь…
Тут Андрейка не выдержал во второй раз:
– Ангел, это же сказка «Колобок»!
– Да? – удивился Ангел. – Я и не думал, что это «Колобок»! Я думал, это «Харлей-в-бок»!
Тут Андрейка с Ангелом так захохотали, что чуть не свалили палатку. Ангел – чуть не свалил, конечно. Но ещё неизвестно, кто громче хохотал!
Когда оба отсмеялись, Андрейка спросил:
– А кто же съел бедного мотика?
– У тебя, брат, ни капли терпения нет! Ты ещё про ВТЫКА не дослушал! Я ещё даже не порычал, как следует!
– Про ВТЫКА – всё и так ясно! Но ты – порычи!
Вася привстал, раскинул руки, как медведь, и зарычал, со всей своей мочи. У Андрейки – аж уши заложило. А кто-то, из соседней палатки, крикнул:
– Эй вы, там! Может, прийти, помочь?
– Нет, – прорычал Вася. – Я тут сам справлюсь!
– Да уймитесь вы, наконец! – прокричали из третьей палатки.
– Никто не поверит, что я ребёнку сказку рассказываю! – подмигнул Андрейке Ангел. – Ну, поехали дальше. Потому что плохо ездит тот, кто не доезжает до конца.
– Катит наш мотик, катит, глядь, а навстречу ему усталый, тяжёлый Харлей. Наш бак выпятил, и к нему:
– Привет, Харлей! Ты меня не узнаёшь?
– Не-а, – отвечает Харлей.
– Зря ты так. Все говорят, что я – ну просто вылитый ты!
Харлей-то, не смотря на то, что силач, оказался машиной добродушной. Чтоб молодого не обидеть, он и отвечает уклончиво:
– Ну, может, что-то есть… неуловимое…
А молодой да самодельный хвастается:
– Знаешь, какая у меня мощность? Знаешь, какая у меня скорость? А посмотри, какое у меня сиденье! С макаронами! А у тебя – никаких макаронов нет.
– Да, – отвечает Харлей. – Я как-то так живу… Без лапши на ушах.
Наш мотик не успокаивается:
– А давай – вон до того поворота прокатимся! Ведь я, знаешь, от деда с бабой – сам убежал!
– Это от каких деда с бабой? – спрашивает Харлей. – От тех, что тебя в мастерской заказали?
– Ага!
– И ты этим гордишься?
– Ага!
– Ну-у… – протянул Харлей.
Видимо, он хотел что-то сказать молодому мотику, но тот не дал ему даже слова вставить.
– А ещё, – продолжал рассказывать молодой, – я дырчика обогнал, в шесть секунд!
– Дырчика? – переспросил Харлей.
– Ага!
– И ты этим гордишься?
– Ага!
А из молодого так и сыплется:
– Ещё я обогнал Ведро с болтами! И ВТЫК-а! И вообще! Я – кого хочешь обгоню! Так что – давай! Давай, до вон того поворота! Увидишь, я и тебя сделаю!
– Ну, если ты настаиваешь… – покачал рулём Харлей.
Встали они рядом.
Наш мотик – аж приплясывает, а Харлей спокойно так стоит, на дорогу поглядывает. Ну, и рванули.
– Бедный мотик! – в третий раз не выдержал Андрейка.
– Да, брат… Короче, с полоборота обошёл его Харлей. Ну, а наш-то, пыжился, пыжился, ломился, как оглашенный, ну, и…
– Только не говори, что разбился! Пусть лучше заглохнет! – попросил Андрейка.
– Ладно… Ушатать*** байк – дело не хитрое. Вот удержаться – похитрее будет! Короче, заглох наш молодой и юзом – в кювет. А Харлей крякнул, и покатил своей дорогой, скорости положенной не превышая. Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец.
– Подожди, подожди! – остановил Ангела Андрейка. – А как же дед с бабкой?
– Как? Нормально. Дед плачет, бабка плачет, а курочка кудахчет: «Не плачь, дед, не плачь, баба! Я снесу вам другое яичко, не золотое, а нормальное, которое я для того и снесу, чтоб сделать из него яичницу, и ничем другим не заморачиваться!»
– Ангел! Это же из другой сказки!
– Да? А я и не заметил, – зевнул Ангел, прикрыв ладонью рот. – И вообще. Внимание моё рассеивается – значит, мне пора отрубиться. Спокойной ночи.
– Нет! Давай я доскажу сказку!
– Ну, давай, неуёмная душа. А ты спрашиваешь – почему я рядом с тобой остановился.
Конечно, Андрейке не давал покоя молодой мотик, бесприютно лежащий в кювете. Ему очень хотелось, чтоб сказка хорошо закончилась. Конечно, Мотик был порядочным хвастунишкой, но, всё-таки…
– Утром дед с бабой пошли по следу…
– Во, ещё и детектив, на ночь глядя, – заворочался Ангел.
– Пошли они по следу, и нашли свой мотик в канаве. Притащили его домой, перевязали раны, и давай ему объяснять, что такое «хорошо», и что такое «плохо».
– Ну и что, объяснили? – почти сквозь сон пробормотал Ангел.
– Ну, да!
– А… до сих пор объясняют… понял…
Через секунду Вася-Ангел уже смачно храпел. А через две секунды – засопел и Андрейка. Он и сам, честно говоря, не успел понять – смогли дед с бабой что-то объяснить молодому мотику, или не смогли.
Не успел разобраться. Потому, что заснул.
* кожаная бахрома на сиденьях
** мотоцикл советского производства, слабак
*** загубить
– Да чего тебе, неуёмная твоя душа?
– Вася, расскажи сказку!
– Что-о-о?
– Сказку расскажи! – снова попросил Андрейка.
– Ну, ты даёшь! – Вася почесал затылок. – Я сказок-то не знаю. Про курочку Рябу тебе рассказать, что ли? Или про Колобок?
– Ну… – разочаровано протянул Андрейка. – Ты мне какую-нибудь волшебную…
Вася снова улёгся, натянул на себя одеяло, усмехнулся и шумно повернулся к Андрейке:
– Сказку, говоришь? Тогда слушай!
Жили были дед да баба. Жили они вдвоём, на одиноком хуторе. Вот однажды дед и говорит:
– Слышь, баба, что-то я, в натуре, закисать стал. Не пора ли мне старые кости размять, да не пора ли прокатиться куда-нибудь, хоть в деревню. Живём мы с тобой, как нелюди, на выселках! А не сварганить ли нам с тобой хорошенький байк? И тебя, старую, с ветерком покатаю! Будешь у меня вторым нумером!
А старуха и отвечает:
– Ты что, старый, белены объелся? Каким-таким это я буду «нумером»? У нас есть нечего, а ты о дурацком байке задумался! На него же кучу денег надыть!
Старик репу-то чешет:
– А ты по сусекам поскреби, по амбару помети! Заначки достань, из чулка денежки-то повытряхивай! Да из банки с мукой вытащи! Ужо сколько лет от меня их ховаешь! Смотри, жучок денежки-то пожрёт! А так – мы их на хорошее дело употребим.
Сопротивлялась старуха, отнекивалась. Не хотела признаваться, где денежки прячет. Но, наконец, уговорил её старик.
Собрали они все денежки, что у них дома имелись, и пошли в мастерскую – байк себе заказывать.
Вот дед мастеру и говорит:
– Ты, – говорит, – войти должон в наше положение. Денег у нас немного, а байк мы хотим хороший, быстрый. И – чтоб блестел, как Харлей Девидсон! Ты уж, милок, постарайся!
– Ладно, – отвечает мастер. – Для хорошего человека – чего ж не постараться! Приходи через пару недель – будет тебе байк, не хуже Харлея!
На том и порешили.
Через две недели пришли баба с дедом в мастерскую, и тут мастер выкатил им… чудо, а не байк!
Весь сияющий, разрисованный! Сидения кожаные, все в макаронах*!
– Принимай, старый, работу!
– Ну, прям Харлей! – обрадовался дед. – Ай да мотик!
– Да, – говорит мастер. – Я, конечно, старался, но, думаю, против настоящего Харлея он не потянет – мощность не та. Деньжат маловато было. А так ничего – сам видишь!
Уж как дед мастера благодарил! Волшебником называл!
Ну, покатили баба с дедом свой мотоцикл домой. Даже сесть на него боятся, чтоб такую красоту не запачкать.Прикатили домой, поставили прямо в хате – всё любуются.
А ночью… Заснули дед с бабой, а мотику нашему надоело в хате стоять, вот и выкатился он себе на дорожку.
Вот катит он по дороге, катит. Ветер в лицо ему дует, солнышко встаёт, на жестянках блестит…
Глядь, а навстречу ему совкоцикл**. Просто какой-то, несерьёзный дырчик** по дороге тарахтит. И говорит этот нахальный дырчик нашему мотику:
– Эй, ты, кружок «Умелые руки!» Давай, говорит, прокатимся по дорожке до вон того деревца. Увидишь, как я тебя сделаю!
– А то! – говорит наш дырчику. – Давай, прокатимся, коли не шутишь. Ещё посмотрим, кто кого! Я-то – почти Харлей, а ты кто?
Развернулись они, и покатили.
Взревел наш байк и в шесть секунд дырчика обогнал. Только газ выхлопной – прямо дырчику в нос пустил.
Порадовался наш, что так легко дырчика победил. Ну, и катит себе дальше. Глядь, а навстречу ему – Ведро с болтами. Старое уже, поношенное.
Тут Андрейка не выдержал. Спросил:
– А что это за «ведро»?
– А… извини. Это мотоцикл такой, называется «Кавасаки».
– Почему же он – ведро с болтами?
– Потому, что он – ведро с болтами. Не перебивай.
Короче, этот Кавасаки к нашему пристаёт:
– Давай, – говорит, – прокатимся. Вон, до того камешка. Увидишь, самоделка, как я тебя сделаю!
– Давай, – отвечает наш. – Я от бабки с дедом – сам укатился. А до тебя – дырчика победил. Ещё посмотрим, кто кого! Я – почти Харлей, а ты кто?
Короче, моторы взревели. Не сразу, но сделал наш этого японца.
Выхлопными газами ему в нос пульнул, и покатил дальше. Радуется, что так легко японца победил. Ну, и катит себе дальше. Глядь, а навстречу ему – ещё больший японец, настоящий ВТЫК. Это тоже байк такой, большой, «Хонда VTX». Правда, тоже не новый. Битый, жизнью покоцаный, но о себе – мнения высокого. Рычит ВТЫК, как медведь…
Тут Андрейка не выдержал во второй раз:
– Ангел, это же сказка «Колобок»!
– Да? – удивился Ангел. – Я и не думал, что это «Колобок»! Я думал, это «Харлей-в-бок»!
Тут Андрейка с Ангелом так захохотали, что чуть не свалили палатку. Ангел – чуть не свалил, конечно. Но ещё неизвестно, кто громче хохотал!
Когда оба отсмеялись, Андрейка спросил:
– А кто же съел бедного мотика?
– У тебя, брат, ни капли терпения нет! Ты ещё про ВТЫКА не дослушал! Я ещё даже не порычал, как следует!
– Про ВТЫКА – всё и так ясно! Но ты – порычи!
Вася привстал, раскинул руки, как медведь, и зарычал, со всей своей мочи. У Андрейки – аж уши заложило. А кто-то, из соседней палатки, крикнул:
– Эй вы, там! Может, прийти, помочь?
– Нет, – прорычал Вася. – Я тут сам справлюсь!
– Да уймитесь вы, наконец! – прокричали из третьей палатки.
– Никто не поверит, что я ребёнку сказку рассказываю! – подмигнул Андрейке Ангел. – Ну, поехали дальше. Потому что плохо ездит тот, кто не доезжает до конца.
– Катит наш мотик, катит, глядь, а навстречу ему усталый, тяжёлый Харлей. Наш бак выпятил, и к нему:
– Привет, Харлей! Ты меня не узнаёшь?
– Не-а, – отвечает Харлей.
– Зря ты так. Все говорят, что я – ну просто вылитый ты!
Харлей-то, не смотря на то, что силач, оказался машиной добродушной. Чтоб молодого не обидеть, он и отвечает уклончиво:
– Ну, может, что-то есть… неуловимое…
А молодой да самодельный хвастается:
– Знаешь, какая у меня мощность? Знаешь, какая у меня скорость? А посмотри, какое у меня сиденье! С макаронами! А у тебя – никаких макаронов нет.
– Да, – отвечает Харлей. – Я как-то так живу… Без лапши на ушах.
Наш мотик не успокаивается:
– А давай – вон до того поворота прокатимся! Ведь я, знаешь, от деда с бабой – сам убежал!
– Это от каких деда с бабой? – спрашивает Харлей. – От тех, что тебя в мастерской заказали?
– Ага!
– И ты этим гордишься?
– Ага!
– Ну-у… – протянул Харлей.
Видимо, он хотел что-то сказать молодому мотику, но тот не дал ему даже слова вставить.
– А ещё, – продолжал рассказывать молодой, – я дырчика обогнал, в шесть секунд!
– Дырчика? – переспросил Харлей.
– Ага!
– И ты этим гордишься?
– Ага!
А из молодого так и сыплется:
– Ещё я обогнал Ведро с болтами! И ВТЫК-а! И вообще! Я – кого хочешь обгоню! Так что – давай! Давай, до вон того поворота! Увидишь, я и тебя сделаю!
– Ну, если ты настаиваешь… – покачал рулём Харлей.
Встали они рядом.Наш мотик – аж приплясывает, а Харлей спокойно так стоит, на дорогу поглядывает. Ну, и рванули.
– Бедный мотик! – в третий раз не выдержал Андрейка.
– Да, брат… Короче, с полоборота обошёл его Харлей. Ну, а наш-то, пыжился, пыжился, ломился, как оглашенный, ну, и…
– Только не говори, что разбился! Пусть лучше заглохнет! – попросил Андрейка.
– Ладно… Ушатать*** байк – дело не хитрое. Вот удержаться – похитрее будет! Короче, заглох наш молодой и юзом – в кювет. А Харлей крякнул, и покатил своей дорогой, скорости положенной не превышая. Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец.
– Подожди, подожди! – остановил Ангела Андрейка. – А как же дед с бабкой?
– Как? Нормально. Дед плачет, бабка плачет, а курочка кудахчет: «Не плачь, дед, не плачь, баба! Я снесу вам другое яичко, не золотое, а нормальное, которое я для того и снесу, чтоб сделать из него яичницу, и ничем другим не заморачиваться!»
– Ангел! Это же из другой сказки!
– Да? А я и не заметил, – зевнул Ангел, прикрыв ладонью рот. – И вообще. Внимание моё рассеивается – значит, мне пора отрубиться. Спокойной ночи.
– Нет! Давай я доскажу сказку!
– Ну, давай, неуёмная душа. А ты спрашиваешь – почему я рядом с тобой остановился.
Конечно, Андрейке не давал покоя молодой мотик, бесприютно лежащий в кювете. Ему очень хотелось, чтоб сказка хорошо закончилась. Конечно, Мотик был порядочным хвастунишкой, но, всё-таки…
– Утром дед с бабой пошли по следу…
– Во, ещё и детектив, на ночь глядя, – заворочался Ангел.
– Пошли они по следу, и нашли свой мотик в канаве. Притащили его домой, перевязали раны, и давай ему объяснять, что такое «хорошо», и что такое «плохо».
– Ну и что, объяснили? – почти сквозь сон пробормотал Ангел.
– Ну, да!
– А… до сих пор объясняют… понял…
Через секунду Вася-Ангел уже смачно храпел. А через две секунды – засопел и Андрейка. Он и сам, честно говоря, не успел понять – смогли дед с бабой что-то объяснить молодому мотику, или не смогли.
Не успел разобраться. Потому, что заснул.
* кожаная бахрома на сиденьях
** мотоцикл советского производства, слабак
*** загубить
Отзывы
Ваш отзыв может быть первым.
